Представьте: вы живёте в месте, которое даже городом назвать трудно. Что-то среднее между таможней и крепостью. У вашего дома нет адреса. Приглашая кого-то в гости, вы произносите примерно следующее: «Третий дом от лавки купца Смердова, сразу за Крепостным переулком». Нет водопровода. Улицы не отличаются чистотой. А с наступлением темноты город и вовсе словно исчезает: редкие масляные фонари у присутственных мест едва разгоняют мрак, переулки тонут в темноте. Выйти без фонаря — значит сильно рискнуть. Именно таким был Ростов в 1860-х годах.
А потом в истории нашего южного города появился человек, чьё имя стало синонимом эпохи. Дома обрели адреса, а тьма отступила.
В книге «Записки Ростовского‑на‑Дону Общества истории древностей и природы», вышедшей в 1912–1914 годах, отмечалось:
«Деятельность его в качестве городского головы города Ростова-на-Дону была столь плодотворна, столь подняла общественное хозяйство на должную высоту, что составила резкую грань в истории ростовского городского общественного управления. Ростов до него и после него — это два различных города».
Кто же был этот человек? Расскажем сначала о его делах, а потом и до имени доберёмся.
Во второй половине XIX века Ростов стремительно рос, но рос хаотично. Купеческий город на Дону превращался в крупный торговый центр на юге империи. Ему требовались дороги, вода, свет, банки, школы, больницы. Нужен был человек, который начнёт строить его практически с нуля. Такой человек появился: с 1862 по 1869 год, а потом с 1884 по 1889 год он занимал пост городского головы, и эти годы изменили Ростов до неузнаваемости.
Чтобы понять масштаб перемен, достаточно представить будни обычной ростовской семьи до его прихода. Воду приходилось покупать у водовозов, которые набирали её в Дону и развозили по городу. Утром дворы наполнялись перестуком вёдер и бранью: очереди за водой были длинными, а в летнюю жару, когда река мелела, цена стремительно росла. Воду экономили: мылись редко, бельё стирали в реке ниже по течению, туда же сливали нечистоты. По весне, когда Дон разливался, вода становилась мутной, водовозы разводили руками — мол, берите, какая есть.
Именно в это время в городе начинают формироваться основы современной финансовой системы. Открывает двери общественный банк — место, где купец мог получить ссуду не у ростовщика под грабительские проценты, а у города. Начинает работу коммерческий совет, появляется общество взаимного кредита, где конкуренты учились доверять друг другу. А биржевой комитет, словно нервный узел торгового организма, начинает собирать и направлять потоки хлеба, леса и железа, идущие через Ростов. Возоблновляется деятельность и портового комитета — ведь Дон, норовистый и капризный, требует постоянной заботы: без углубления гирл (гирлы — рукава и протоки в дельтах крупных рек. - прим. ДонКод) суда с зерном попросту не могут пройти к пристаням. Этот же человек участвует и в обсуждении дерзкой, почти фантастической идеи: прорыть канал, который соединит Дон с Волгой, чтобы хлеб пошёл новым, небывалым путём.
Но торговля и финансы — лишь часть того, что меняло город.
Улица Большая Садовая, фото датируется приблизительно 1880-1886 годами. Источник: портал pastvu.com
Город, в который он пришёл, с заходом солнца тонул в чернильной мгле, передвигаться можно было разве что на ощупь. Но в 1864 году, словно кто-то невидимый провёл спичкой по бархату ночи: на ростовских улицах один за другим зажглись шестьсот керосиновых фонарей. Для жителей это стало настоящим потрясением: улицы, где ещё недавно было страшно ходить, обрели свет. Город перестал бояться сумерек. Лавочники теперь могли дольше держать открытыми двери, а молодые люди провожать барышень без опасения, что те увязнут каблуками в грязи.
Дома на Таганрогском проспекте, на улице уже видны фонари, фото датируется приблизительно 1863-1866 годами. Источник: портал pastvu.com
В те же годы начинается большое строительство. Мост через Генеральную балку на Таганрогском проспекте (сейчас Буденновский проспект - прим ДонКод) — первый капитальный мост в этих местах — связал разрозненные части города. Горожане, которые ещё вчера путались в безликих переулках, теперь с удивлением наблюдали, как город обретает черты.
Улицы начинают мостить. Сперва в центре, потом и на окраинах, которые перестают быть забытыми богом землями. Большая Садовая, будущая магистраль, покрывается асфальтом и становится одной из самых оживлённых улиц. Именно по ней пускают первый общественный транспорт — омнибусы (многоместная повозка на конной тяге - прим. ДонКод), которые ходили от Долматовского переулка до Нахичевани. Позже такие же омнибусы появляются на Таганрогском проспекте. А на смену омнобусам пришла предшественница электрического трамвая — конка: одно или двухэтажный металлический вагон, в который были впряжены лошади. Работать эта конно-железная дорога начала 30 августа 1887 года. Представьте удивление ростовцев, впервые увидевших рельсы и скользящие по ним вагончики?
Появилось в Ростове и шоссе, соединяющее Ростов с соседней Нахичеванью-на-Дону, движение по нему открылось в 1867 году.
Вагон конки на территории коночного парка, фото датируется приблизительно 1888-1901 годами. Источник: портал pastvu.com
И ещё одна реформа, на первый взгляд малозаметная, но важнейшая для повседневной жизни: в городе ввели единую нумерацию домов. Для нас это кажется мелочью, но представьте себя на месте того человека из начала рассказа. Если у вашего дома есть номер, вы больше живете не в третьем доме от лавки купца Смердова. Вы существуете официально: вас можно найти на карте, отправленное вам письмо не заблудится, вас сможет отыскать извозчик. Для быстрорастущего торгового города это означало порядок в адресах, в почтовой службе, в торговых конторах, в самом городском управлении.
Но самым, пожалуй, важным проектом становится водопровод. Его начинают прокладывать в 1865 году. Это была одна из первых таких систем на юге России. До этого воду, как уже говорилось, развозили в бочках, и она была на вес золота. Женщины таскали тяжёлые вёдра от реки, стояли в очередях к водовозам, ссорились, платили порой непомерные деньги. Новый водопровод, дававший городу десятки тысяч вёдер ежедневно, стал тем основанием, на котором потом вырастет всё городское водное хозяйство. И пусть поначалу вода шла не в каждый дом: трубы провели лишь к водоразборным будкам, — это уже было обретение такой важной независимости от водовозов.
Только в 1865 году в Ростове между городом и тремя купцами был заключён «Концессионный договор» — контракт по устройству в Ростове-на-Дону водопровода. Источник: сайт Ростовводоканала https://vodokanalrnd.ru
При нём в 1869 году открылась женская прогимназия (учебное учреждение начального или промежуточного уровня — прим. Донкод) — важный шаг для образования дочерей из купеческих и мещанских семей. Также в городе появляется первый постоянный театр — Гайрабетовский, куда по вечерам стекается публика, ещё недавно не знавшая иных развлечений, кроме ярмарок и кабаков.
Театр Гайрабетова 1865 год. Источник: портал pastvu.com
В Ростове в эти годы строятся и новые корпуса городской больницы, расширяется система общественного призрения. Набережная начинает обретать тот вид, который знаком нам: появляются удобные спуски к реке, укрепляются берега, благоустраивается прибрежная зона. Город обретает не только плоть, но и душу. Его же идея — создание городской музея, где, по его замыслу, должны храниться «образцы природных богатств края и памятники его славного прошлого».
Когда он возглавил город повторно, Ростов сделал еще один прорыв. В 1886-м в городе появился телефон. Телефонные провода тогда тянули прямо по фасадам домов и через дворы, опутывая город первой паутиной связи. Говорят, в старом доме на улице Серафимовича долго ещё сохранялись остатки той самой линии: какие-то странные кронштейны и изоляторы, похожие на антенны из другого мира. Они напоминали о времени, когда город учился говорить на расстоянии.
Современники говорили, что он относился к Ростову как к собственному дому: заботился о каждом переулке, спорил на заседаниях думы, искал средства, убеждал купцов и чиновников, ругался с инженерами, писал проекты и добивался их воплощения. Благодаря этому город рос и постепенно становился другим.
Андрея Матвеевича Байкова называют одним из создателей современного облика Ростова. Фото с сайта Ростовского областного музея краеведения rostovmuseum.ru.
И вот теперь, когда мы увидели, как из пыльной таможни и безымянных переулков рождался освещённый, мощёный, снабжённый водой город, можно наконец назвать имя человека, о котором шла речь.
Это был Андрей Матвеевич Байков — городской голова Ростова в 1862–1869 годах и 1884–1889 годах, человек, которого многие историки называют одним из создателей современного облика города.
Если у вашего дома есть номер, а на улице горит фонарь — теперь вы знаете, кого можно за это поблагодарить.
Мария Максимова,
фото портал pastvu.com, сайты Ростовводоканала и Ростовского областного музея краеведения
Поделиться:
Пасахальные традиции на Дону
«Арт-Ростов»-2026: Суриков, Магритт, Булгаков и более 3 тыс. экспонатов
Как в Ростове раздели фонтан
Глава города, который смог
Для путешествий нет плохой погоды
